Айнхасад, Гран Каин и падение Шилен

Вечная война света и тьмы, что пронизывает весь Аден — ангелы против демонов, Anakim против Lilith, вера против ереси, — кажется законом мироздания, холодным и безличным. Но у неё есть начало, и начало это на удивление тёплое и человеческое. Свет и тьма родились не как враги. Они родились как семья.

Творение и Разрушение

В начале были двое. Айнхасад, Богиня Творения, — та, из чьих рук вышли свет и жизнь. И Гран Каин, Бог Разрушения, Отец Тьмы, — её супруг и её противоположность.

«Гран Каин — Владыка Разрушения, Отец Тьмы! Если свет, что режет нам глаза, сотворён Айнхасад, то тьму, что этот свет поглощает, сотворил он».

из наставления жреца

Вот первая истина Адена: свет и тьма — не добро и зло, а муж и жена. Творение немыслимо без разрушения, как день без ночи; и потому Богиня Жизни взяла в супруги Бога Смерти, и мир держался на их союзе. От этого союза родились дети — пятеро богов, младшее поколение, которому и предстояло населить и разделить мир. А первой на свет явилась она — та, чьё имя ныне произносят с ужасом.

Первородная

Богиню смерти Шилен весь Аден знает как исчадие тьмы. Но так было не всегда. Послушайте, кем она была вначале.

«В незапамятные времена союз Богини Творения Айнхасад и Бога Разрушения Гран Каина породил пятерых богов-детей. Шилен была первенцем, и день ото дня она делалась мудрее, отважнее, прекраснее и искуснее. Любимая своими подданными, она не уступала братьям в умении вести войско — знаток и стратегии, и тактики».

Asamah, шаман племени Elroki

Вот кем была Шилен: первородная дочь богов, мудрейшая и прекраснейшая из младшего поколения, блистательная полководица, любимица своего народа. Не чудовище, не дьяволица — свет и надежда нового мира. Чтобы понять весь ужас того, что с ней стало, надо сперва увидеть, как высоко она стояла. Богиня смерти начиналась как лучшая из богов.

Запретная связь

А потом случилось то, чему не было и не могло быть прощения. Между Шилен и её собственным отцом, Гран Каином, вспыхнула запретная связь — и тайное однажды делается явным.

«Когда-то, пока тело моё было ещё цело, тысяча моих глаз доносила мне обо всём, что творится в мире. Это я поведал Айнхасад о связи между Шилен и Гран Каином».

Око Аргоса

Донёс не враг и не завистник, а Око Аргоса — тысячеглазый страж, что видел всё на свете. Он открыл Айнхасад правду о её дочери и муже. И этим одним словом раскололся мир. Богиня Творения, преданная сразу и супругом, и первородной дочерью, обратила свой гнев на Шилен — а обида и ярость в сердце дочери начали делать своё страшное дело.

Гнев первородной

Беда не приходит одна. Мало того, что Шилен унизила родная мать, — от неё отвернулись и смертные: эльфы, что прежде служили ей, переметнулись к юной богине воды Эве. Оскорблённая небом и покинутая на земле, Шилен захлебнулась яростью — и ярость эта её пересоздала.

«Гнев на Гран Каина и Айнхасад на время обратил Шилен в существо чистое и совершенное — то есть в буквальное воплощение разрушения. Достигнув чистейшей формы ярости, она вовсе лишилась благости и кротости. Её совершенный гнев — вот источник тех злых тварей».

Великий Магистр Oltran

Вслушайтесь в жуткий парадокс: ярость сделала Шилен «чистой и совершенной». Отбросив всякую кротость и благость, она стала беспримесной — но беспримесным разрушением. Так первородная дочь богов, мудрейшая и прекраснейшая, превратилась в богиню смерти, чей самый гнев рождает чудовищ. Не тьма извне совратила её — её сломали свои: отец соблазном, мать отвержением, служители изменой. Богиня смерти — это не злодейка из бездны. Это преданная дочь, чью любовь и верность растоптали, и чьё разбитое сердце обратилось в чистую ненависть.

Всевидящее Око

А что до Аргоса, чей язык всё это начал, — его судьба под стать величию мифа. Тысячеглазый не сумел удержать в себе то, что видел.

«С рождением четырёх рас мир стал слишком сложен, чтобы уследить за всем. Я стал открывать лишь по 500 глаз в день — и это раскололо мой разум надвое. Одна половина сосредоточилась на тьме: войнах, убийствах, предательстве и порче… Другая — на свете: любви, искусстве, отваге и верности».

Око Аргоса

Даже всевидящий свидетель раскололся на свет и тьму — как раскололось всё в этом мире. А конец его был страшен: в войне богов и гигантов Аргос отказался выдать Айнхасад убежища исполинов — и Богиня Творения, та самая светлая мать, разорвала его тело на части и вырвала глаза. Из брошенных в долину останков выжили два величайших ока: одно осознало свет, другое — тьму (его унаследовал Даймон Белоглазый). Даже здесь, в судьбе доносчика, всё тот же раскол: свет и тьма, разорванные пополам.

Война, что началась дома

Вот подлинный исток всего. Раскол света и тьмы, что тянется через весь Аден — через ангелов и демонов, через тёмных эльфов и светлых, через каждую ересь и каждый костёр, — начался не в бою и не в бездне. Он начался в одной семье: запретной любовью, ревностью, изменой и разбитым сердцем.

Богиня смерти была любимой дочерью. Отец Тьмы был мужем Богини Света. То, что ныне рвёт друг друга в некрополях и башнях, некогда сидело за одним столом. И, быть может, в этом самая горькая мудрость Адена: величайшая вражда мироздания родилась не из чуждости, а из близости; не враги сотворили тьму, а родные. Свет и тьма враждуют так люто именно потому, что были когда-то одной семьёй, — а нет ненависти чернее той, что выросла из преданной любви.