Maestro Reorin: кузнец демонов и шёпот судьбы
Один из десяти величайших кузнецов королевства, спившийся и заклеймённый «кузнецом демонов»: его жажда шедевра продала гений тьме, а его скипетр проломил щит ангелов на Башне Дерзости.
Источник По внутриигровым диалогам квеста #234 «Шёпот судьбы» (Fate's Whisper): Maestro Reorin, Cabrio Вестник Шилен, Death Lord Hallate, Cliff, Ferris, Kaspar из Академии Hardin; гимн ковки к четырём богам; клеймо созвездий Феникса Революции и Вестника Рассвета.
В кузнице, что заросла пылью и провоняла перегаром, сидит пьяный старик и гонит всякого, кто сунется: «Хик! Проваливай, сопляк, не мешай!» Никто не подумает, что перед ним — один из десяти величайших мастеров королевства, чьи клинки славились даже среди магов. Его зовут Maestro Reorin, и когда-то его молот пел. А ныне о нём говорят с содроганием: «кузнец демонов».
Тщеславие мастера
Сгубило его не золото и не злоба, а то, что для мастера страшнее всего, — жажда совершенства.
«По глупости я преступил запрет гильдии и связался с демоном. Жажда сотворить шедевр меня и погубила! Гордость моя растоптана, ученики разбежались… Теперь я тружусь ради подачек этих мерзких демонов. Я заслужил новое прозвище — „кузнец демонов“. Осталась мне одна отрада — выпивка».
Maestro Reorin
Демоны поднесли ему то, перед чем не устоял бы ни один гном-кузнец: инфериум — редчайший металл, какого не видали со времён Гигантов, крепче и легче мифрила, отдающий серой (оттого-то демоны его и любят). «Ты должен быть польщён работой со столь драгоценным материалом», — сказали ему. И он был польщён. За эту гордыню его вышвырнули из Гильдии Чёрной Наковальни; соперники, вместо того чтобы вступиться, растащили его инструменты и молот; вернейшие ученики отвернулись. Величайший мастер спился, и лучшим другом ему стала бутылка.
Заложница
Но по-настоящему он не может остановиться не из-за инфериума. Демоны держат то, что дороже жизни.
«У них душа моей жены — они держат её в заложницах! Ослушаюсь хоть в малом — и они ввергнут её в вечную муку. Я не дам этому случиться с моей милой Reiria; моя честь принесена ей в жертву!»
Maestro Reorin
Тюремщик её — Cabrio, Вестник Шилен, что рыщет над кладбищем Адена. И вот в чём его жестокость: он — «жадный собиратель душ», что удерживает мёртвых в этом мире и не пускает их в вечный покой. Задумайтесь, какое это извращение: Шилен, богиня смерти, дарует всему живому конец и упокоение, а её собственный вестник обращает этот дар в пытку — копит души, как скупец монеты, отнимая у них единственную милость смерти. Reorin куёт для демонов не ради наживы, а чтобы его Reiria не досталась этому коллекционеру навеки.
Что он выковал
А выковал он ни много ни мало ключ, которым ад отпер небеса.
«Меня заставили сделать инфериумные скипетры. Death Lord Hallate — вожак воинства тьмы, дерзкий захватчик и заклятый враг ангелов. Говорят, ангелы укрыли Башню Дерзости могучим силовым полем, заслонив её от всякого злого умысла. Но скипетром, что я выковал, Hallate проломил этот заслон. Подумать только: сколько часов я вложил в тот скипетр душу и сердце — и вот чем всё обернулось…»
Maestro Reorin
Вот цена его тщеславия. Тот самый силовой заслон Платинового племени, что тысячу лет хранил заточённого на вершине башни Баюма и древнее сокровище имперской крови, — проломлен инфериумным скипетром, в который Reorin вложил всё своё мастерство. Его шедевр стал отмычкой Death Lord Hallate; его гений — тараном, которым тьма ворвалась в оплот света. Мастер, мечтавший о совершенном творении, выковал совершенное орудие вторжения — и понял это, лишь когда было поздно.
Шёпот судьбы
И тут в его беспросветную жизнь входит нечто необъяснимое. Однажды, пока он сидел на крыльце пьяный, к нему явилась гостья.
«Красоты она была неземной — золотые волосы, синие глаза, — а с нею старый чёрный рыцарь, седой, с мрачным ликом. Мягким, певучим голосом она сказала: „Скоро тебя посетит очень важная особа. Тот, кто заново перекроит облик этого мира. Выкуй для него оружие высшего качества“. Улыбнулась — и ушла».
Maestro Reorin
Чёрный рыцарь оставил ему кошель золота — Reorin, само собой, всё пропил, решив, что это был бред полоумной аристократки. Но пророчество сбылось: к нему пришёл герой. А в уплату за выкованный клинок таинственная женщина велела передать герою клеймо двух великих созвездий — Феникса Революции и Вестника Рассвета. Тот самый раскол Заката и Рассвета, за который вот-вот схлестнётся весь Аден. Неведомая пророчица не просто предрекла героя — она метит его для грядущей войны печатей. Это и есть шёпот судьбы: незримая рука двигает и спившегося кузнеца, и того, кто перекроит мир.
Молот Мафр
Ради этого клинка Reorin и возвращается из бездны. Герой освобождает душу Reiria из лап Cabrio — «наконец она обрела покой», — и мастер, скинув ярмо демонов, вновь берётся за молот; скипетры он переплавляет, честь его восстановлена, гильдия дарует прощение. И вот тогда, у горна, звучит то, ради чего стоит быть гномом:
«Бей молотом Мафр! Клинь-клинь! Закали в пламени Паагрио! Окуни в воду Эвы! Остуди ветром Сайхи — я слышу, как она смеётся мне на ухо! А жар страсти доводит металл до самого нутра — такова любовь в моём сердце! …Готово! Я, Maestro Reorin, — один из немногих гномов на всём материке, кому по силам оружие A-грейда!»
Maestro Reorin
В этом гимне — вся душа его ремесла. Гном кузнечит, призывая четырёх богов разом: молот Мафр, огонь Паагрио, воду Эвы, ветер Сайхи — и вплавляет в металл собственную любовь. Ту самую любовь, которой демоны держали его на цепи, отняв душу жены; ту, что и подняла его со дна. Инструмент его позора стал вещью его искупления.
На чьём молоте держится мир
Такова притча о кузнеце демонов. Величайший мастер пал не от врага, а от собственной жажды совершенства; демоны выкупили его гений ценой души его жены; его шедевр проломил щит небес. И этот же сломленный, спившийся старик оказывается тем стержнем, на котором поворачивается судьба героя, — того, кто перекроит мир.
Шёпот судьбы проходит не через тронные залы, а через захудалую прокопчённую кузню. Клинок, что решит участь материка, куют руки, которые вчера ещё дрожали над бутылкой; металл для него добыт из орудия вторжения ада; а закаляют его любовью гнома к погибшей жене. Аден любит рассказывать о богах и императорах — но иной раз мир держится на молоте одного прощённого мастера, что вложил в железо своё разбитое и вновь собранное сердце.