Cybellin: кровавые кристаллы бездны
Тёмноэльфийский гном, что изучает магию бездны и вежливо, с благословением Шилен на устах, посылает охотников умирать — лишь бы кровавый кристалл стал на ступень чище.
Источник По внутриигровым текстам: диалоги Cybellin и Гильдии Охотников (#335 «Песнь охотника», default 30746), описания Кровавого Кристалла, Кинжала Cybellin и его Просьбы (item 339, 3471, 3697–3708).
В Деревне Охотников, среди загорелых добытчиков зверя, сидит некто, кто охотится иначе. Он не берёт в руки лук и не гонит дичь — он нанимает тех, кто это делает, и платит за одну-единственную добычу: кровь. Зовут его Cybellin, и здоровается он тихо и учтиво, будто не о крови речь.
«Да приведёт тебя песнь западного ветра к покою. Рад знакомству. Меня зовут Cybellin. Я тёмноэльфийский гном, изучающий магию бездны».
Cybellin
Тёмноэльфийский гном. Уже одно это делает его тварью двойной природы. От тёмных эльфов ему досталась магия бездны — то самое запретное искусство служителей Шилен, что смотрят в тьму без страха. От гномов — холодный расчёт ценности, привычка мерить всё пробой и ценой. Из этой помеси и вышел его промысел.
Унылая сила
В Деревню Охотников Cybellin пришёл не за зверем, а за диковинами: за редким рунным камнем, что добывают лишь в Долине Фей. Но одна вещь захватила его целиком.
«…в последнее время меня без остатка увлекло изучение самоцветов, что зовутся кровавыми кристаллами».
Cybellin
Что такое кровавый кристалл, сказано прямо в его нутре: «кровавый самоцвет, хранящий унылую магическую силу». Мёртвая, тусклая, тоскливая мощь — и чем «чище» камень, тем он дороже. Чистоту эту нельзя намолить или выковать. Её можно только напоить кровью.
Обряд
Сам Cybellin рук не марает — для того есть охотники. Он выпрашивает у Гильдии не абы кого: «мне нужна услуга настоящего охотника», аспирант ему без надобности. Избраннику он вручает два предмета — кинжал и кристалл первой чистоты — и объясняет обряд без обиняков:
«Возьми этот Кровавый Кристалл и кинжал. Кинжалом убивай злобных людоящеров Leto и Harit, а кристаллом впитывай их кровь — так его чистота поднимется выше нынешней. Дело нехитрое, да не без риска. Каждый раз есть вероятность, что кристалл расколется: он либо станет чище, либо погибнет».
Cybellin
Почему именно эти людоящеры, почему их кровь? У него есть догадка, и она тянет ниточку к самому древнему злу Адена:
«Отчего кристалл так отзывается на кровь людоящеров? Есть разные теории. Быть может, оттого, что эти твари ведут род от драконов!»
Cybellin
Кровь драконьего семени — вот чем питается тусклый самоцвет. Но не всякая годится: «одни сорта крови действенны, другие вовсе не берут». Как отличить — неизвестно, «только пробой и ошибкой». Проба и ошибка. Так он и говорит о деле, где ошибка стоит охотнику жизни, а ему — расколотого камешка.
Проба и ошибка
Ибо кристаллы бьются часто. И каждый раз он произносит одно и то же — ровно, без тени вины:
«Ах, вот как… Раскололся… Структура была неустойчива, и он не выдержал. Не унывай. Вот тебе другой кристалл — попробуешь ещё?»
Cybellin
«Расколот магическим неравновесием» — гласит надпись на осколках. Для Cybellin разбитый кристалл и охотник, что рискует головой на каждой ходке к людоящерам, — величины одного порядка: и то и другое расходуется в опыте. Не унывай, вот тебе новый. Ни разу он не спросит, цела ли рука, что носит ему кровь. Ему важна только проба.
Чем выше проба — тем щедрее плата, и на вершине его сдержанность наконец даёт трещину. Достигни немыслимой десятой чистоты, не загубив камня, — и вежливый учёный теряет голову:
«Ты создал Кровавый Кристалл чистоты десять! О, Шилен! Это восхитительно! Я пущу на твою награду всё своё состояние!»
Cybellin
Всё состояние — за один совершенный сгусток драконьей крови. Вот где сходятся две его половины: гном, что готов спустить целое богатство, и тёмный эльф, что призывает Шилен, богиню смерти, над кровавым самоцветом. Ценность и бездна в одном восторге.
Да хранит тебя Шилен
Отпускает он всегда одинаково — с той же тихой любезностью, с какой встречал:
«Благодарю за помощь. Да хранит тебя Шилен…»
Cybellin
В этом весь Cybellin — и в этом его особый холод. Он не злодей с воздетым клинком; он учтивый исследователь, что желает тебе покоя западного ветра и покровительства богини смерти в один и тот же вздох. Настоящие чудовища Адена не всегда ревут из подземелий. Иное сидит в людной деревне, вежливо улыбается и просит принести ему ещё крови — просто чтобы поднять пробу тусклого камня на одну ступень. Проба и ошибка; а ошибаешься — ты.