Пролог. На заре мира
С чего началось всё — задолго до Семи Печатей
Прежде чем встало первое солнце, не было ни земли, ни неба, ни времени — только безмолвная тьма, в которой спала Айнхасад, Мать-богиня. Она пробудилась в одиночестве, и одиночество было ей нестерпимо. Тогда богиня разомкнула ладони — и из её света родились твердь и воды, ветер и пламя, а следом и первые дети мира. Так началась история, которую спустя тысячи лет будут по крупицам восстанавливать хронисты Адена.
Айнхасад была не одна в сонме божеств. Рядом встал Гран Каин, бог тьмы и разрушения, — её возлюбленный и её тень. Явилась Шилен, богиня воды, чьи слёзы наполнили океаны. Пришёл яростный Паагрио, бог огня и войны, чью волю позже понесут орочьи племена. И была мудрая Мафр, покровительница ремесла и щедрой земли, и нежная Эва, богиня любви и морской волны. Каждому богу — своя стихия, каждой стихии — свой народ в грядущем.
Акт первый · Гордыня гигантов
Первыми разумными созданиями мира стали гиганты — исполины, которым боги доверили сокровенное знание. Они возвели города, что скребли облака, укротили стихии и записали законы мироздания на нетленных скрижалях. Ни один народ до или после не поднимался так высоко. Но чем ближе гиганты подступали к тайнам богов, тем невыносимее казалась им сама мысль о том, что над ними кто-то есть.
И настал день, когда исполины возжелали занять престол творения. Они обратили добытое знание против своих создателей — и мир содрогнулся. Гнев Айнхасад был страшен и краток: великая цивилизация гигантов, венец первого мира, обратилась в прах за одну ночь. От их славы остались лишь безмолвные развалины да обломки скрижалей, которые и поныне ищут в глухих уголках земли те, кто грезит о запретной силе.
«Знание, что тянется к трону, — уже не знание, а яд».
из скрижалей гигантов
Акт второй · Падение Шилен
Но погибель мира пришла не от гигантов. Её принесла любовь. Гран Каин, бог тьмы, отвернулся от Матери-богини и воспылал к Шилен, владычице вод. Ревность Айнхасад была бездонной, как та тьма, из которой она вышла. Богиню воды низвергли с небес и прокляли — и чистые океаны Шилен обратились в стоячую смерть.
Так владычица жизни стала владычицей праха. Из её нескончаемой скорби родилась нежить, из её ненависти — жажда отомстить всему, что создала Айнхасад. С тех пор Шилен, богиня смерти, вечно тянет холодные пальцы к миру живых, а её служители сеют порчу от края до края земли.
Акт третий · Пробуждение драконов и рождение рас
Из крови раненой земли поднялись древние драконы — старейшие из смертных владык. Первым и величайшим стал Антарас, Земляной Дракон, чьё дыхание сотрясает горы, а сон длиннее человеческих царств. За ним пришли Валакас, повелитель пламени, и Линдвиор, господин ветров. Мир достался в наследство существам, что были древнее любого трона.
И всё же на руинах прежнего мира затеплилась новая жизнь. Айнхасад отдала своё сердце людям — недолговечным, но упорным. От любви к воде и лесу произошли эльфы, дети Эвы; а те из них, кто отверг свет и склонился к Шилен, ушли во тьму и стали тёмными эльфами. Свирепые орки присягнули огненному Паагрио, а трудолюбивые гномы — щедрой Мафр. Пять народов, пять вер, пять судеб — и одна общая земля, которую им предстояло делить, оспаривать и защищать.
«Боги ушли на покой, но их распри остались нам в наследство».
летописец Адена
Так завершилась заря мира. Впереди — возвышение королевств Эльмор и Аден, кровавые войны за трон, и то, ради чего всё это рассказано: миг, когда истончится древняя печать, Антарас шевельнётся во сне, а над землёй встанут Семь Печатей, расколов мир на Рассвет и Закат.